Но сейчас, увидев вымахнувшую из ворот небольшую кавалькаду, король почувствовал несвойственное ему умиление. Не глазами, а сердцем распознав впереди десятка всадников огромного Ярослава и обоих племянников — Маковея и Лебедяна. Умом понимая, что сестры Светланы среди встречающих нет и быть не может, он продолжал пристально вглядываться в приближающуюся группу. Не в силах побороть нахлынувшие чувства.

— Здоров будь, шурин! — заорал еще издали Ярослав, громогласный и жизнерадостный, широко распахивая объятия, будто не сюзерена встречал, а с кумом случайно столкнулся на ярмарке. — Какая радость моей Светлане! А Беляну чего ж не взял с собой?.. И Боженку?

Но подъехав ближе, Бобруйский воевода все-таки отдал надлежащую дань этикету, спешился и преклонил колено. Оба его сына, удивительно напоминающие Ярослава в те годы, когда Ладислав жил в родном доме, проделали то же, в нескольких шагах позади отца. Как и вся свита графа.

— Здравствуй, Яр, — Ладислав поспешил поднять с колен зятя. — Рад тебя видеть. Здорова ли моя сестра?

— И ты здравствуй, Лад, — воевода Бобруйска тут же простодушно и бесцеремонно заключил худощавого, в сравнении с ним, венценосного шурина в свои медвежьи объятия. — Все живы, все здоровы. А как поживает твоя Беляна, как принцесса?

— Спасибо, Яр, — еле высвободился Ладислав, стараясь сохранить хоть какую-то дистанцию между королем и подданным, и прибавил кисло усмехаясь. — Со здоровьем в королевстве все хорошо. Куры несутся, коровы доятся, а овцы ягнятся сразу тремя…

— Да ты что? — захохотал зять, либо искусно притворяясь, либо и в самом деле не поняв намека. — Истинное благоволение небес.

— Если б, — сразу посерьезнел король. — К сожалению, Яр, есть новости куда важнее и тревожнее… Что, собственно, и послужило причиной моего появления в ваших краях…