— Почему вдруг демон? — несколько растерялся я.

— Рассказывают, — таинственно прошептал он, — что крестьяне насмерть забили появившегося из яйца демона о двух головах и с множеством рук, в каждой из которых он сжимал огненный меч размером с дерево!

Нет, явно не обо мне речь.

— Сефер, — обратился я к его логике, — разве у меня две головы и множество рук?

— Нет, — согласился он и тут же заявил: — Но ведь всем известно, что демоны могут принимать любые обличья!

— А как насчет того, что демона забили насмерть? Я-то живой!

— А вдруг демоны бессмертны? — упрямо не желал он принять мои слова за истину.

Глубоко вздохнув, я выдвинул неопровержимый, как мне казалось, аргумент:

— Если бы я был демоном, то разве стал бы тратить время, разговаривая с тобой, и уж тем более спрашивать дорогу?!

— А если ты охотишься за моей душой! — без труда парировал он.

— Эта… — Я хрустнул костяшками пальцев, придумывая доступные ему слова. — Поверь мне, Сефер, я не демон.

Дверь негромко скрипнула. Сефер побледнел, глядя на вошедшего. Наблюдая за лицом варвара, я сдержал желание обернуться, полагая, что, кто бы ни вошел, меня это касаться не может.

Тяжелые шаги неспешно приблизились к нам. Кто-то нагло положил мне на плечо руку, и зычный голос спросил:

— Готовы ли вы верно служить благородному барону Хира, своему сеньору?

Сефер обреченно кивнул и вышел из-за стола.

Я же продолжал не торопясь потягивать окончательно выдохшееся пиво, притворяясь, что жутко увлечен этим процессом.

Рука исчезла с моего плеча, и на освободившееся передо мной место сел здоровенный лысый воин в ярко-алом плаще, скрепленном золотыми застежками, в белоснежной тунике, с прицепленным к поясу широким топором.

— А ты, — выразительно глянул он мне в глаза, — готов служить барону Хира?

— Вы знаете, — с сомнением произнес я, — уж слишком все неожиданно… Мне надо подумать… Давайте встретимся, скажем, завтра?