Он стрельнул языком, коря самого себя. Абсурдная мысль, стыдно! Мрачное пророчество Лахеттиласа и весь этот разговор о недоверии, видимо, зацепили Тирр-межаша куда сильнее, чем ему казалось.

— Давай сначала займемся кое-чем другим. — Он повел Кланн-вавжи к восточному краю летного поля.

Солдаты и техники уже давно закончили инвентаризацию склада, где двое мрашанцев угодили полную арку назад под удар человеков-завоевателей. У восточной стены, где прежде находилась дверь, земля была усыпана щепками, и Тирр-межаш с Кланн-вавжи, кривясь от скорби, прошли по ним. Здесь, раздавленные дверью, которую взрывом сорвало с петель, два солдата-джирриш преждевременно превратились в старейших. Мало того, будучи мгновенно унесены за сто с лишним световых циклов, разделявших Доркас и Окканв, где хранились их фсс-органы, оба новоиспеченных старейших страдали от временного безумия и глубокого шока. Как и те солдаты, что вознеслись к старейшим в начале операции на Доркасе. Даже теперь, семнадцать полных арок спустя, эта группа не подавала признаков выхода из безумия.

Тирр-межаш слышал об утверждениях некоего исследователя и некоего целителя, будто бы джирриш, находившийся слишком далеко от своего фсс-органа в момент вознесения к старейшим, никогда не отойдет от шока. Главы кланов и семей единогласно отрицали, что такие теории вообще выдвигались, а не то чтобы проверялись или доказывались. Но слухи продолжали распространяться. Тирр-межаш мог лишь надеяться, что если такие ограничения по расстоянию и существуют, то Доркас лежит не слишком далеко.

Еще три аккуратные дырки виднелись в северной стене. Их проделали снаряды человеков-завоевателей, и внутри здания было еще больше обломков дерева.