— Состояние истребителей? — хрипло спросил он.

— Группа «Самурай» как раз заходит в отсек, — ответил Швайгхофер, и в голосе его была стужа рейнландской зимы на Надежде. — Остальные возвращаются на свои корабли. Точнее, те, кто остался.

Монтгомери снова сжал кулаки. Но потери подсчитывать он будет потом. Сейчас он должен предотвратить новый урон.

— Еще один полный залп по второму, — скомандовал он. — Всем кораблям — оборонительный строй, уходим в порядке. Рандеву в точке «Виктор».

Он ощущал взгляд Джермина, когда остальные корабли отрепетовали и начали организованное отступление. Но начштаба не сказал ни слова. Возможно, и говорить-то было нечего. Пятнадцать миротворческих кораблей бегут перед двумя неприятельскими, бросая свой уничтоженный корабль. А враги, похоже, ни царапины не получили.

Но, по крайней мере, Монтгомери не потерял весь «Трафальгар» — как Дьями потерял «Ютландию».

И, в конце концов, нет худа без добра — теперь-то джирриш наверняка поплатятся за свой высокомерный садизм. Теперь-то Парламент обязан разрешить применение «Цирцеи», страшного оружия, которое сорок лет назад использовали для прекращения войны с паолийцами, а потом из соображений безопасности демонтировали. На самом деле оружие уже восстанавливается, его части свезены с десятка планет, на которых были спрятаны. Где-то в Содружестве — на Земле, Селадоне или на какой-нибудь иной из двадцати четырех планет — инженеры Артиллерийского управления Севкоора, вероятно, уже восстанавливают самое смертоносное устройство, когда-либо служившее человечеству.

Так пусть враги убивают и разрушают. Вскоре им придется иметь дело с «Цирцеей», и последнее слово останется за миротворцами.

И джирриш поймут тогда, кто здесь настоящие завоеватели.

Глава 2

Один из двух мрашанцев взял слово. Голос его был мягок и тих, но в нем была настойчивость, которая чем-то встревожила полководца Тирр-межаша.