Он очнулся со смутным воспоминанием о каком-то приятном сне. Ощущение чего-то счастливого, мимолетного исчезло, как только его взгляд остановился на капрале Холлоуэе.

— Хорошие новости, Холлоуэй, — пробормотал Валентайн, еще не до конца придя в себя. — Мне нравится, как ты и остальные себя вели. Буду рекомендовать капитану повысить вас. Доволен?

Холлоуэй расплылся в улыбке. Затем нахмурил брови.

— Грегг, скажи сержанту, что лейтенант очнулся. Но он пока маленько не в себе, как будто грогу глотнул.

Гроги? Тревога! Валентайн снова очутился в Оклахоме, резко, одним прыжком в реальность. Почувствовал запах обгорелых тряпок и обуглившейся плоти и понял, что лежит в сторожке. Он оглядел простую грубую мебель и сел, чувствуя, что его мутит.

— Ладно, Холлоуэй… Мне уже лучше. Воды, пожалуйста, — прохрипел он голосом, в котором с трудом узнал свой собственный.

Холлоуэй протянул жестяную кружку. Валентайн осушил ее одним глотком.

— Как долго я был в отключке?

— Минут пятнадцать, сэр.

— А Жнецы?

— Пусть лучше сержант расскажет, сэр. Но, по-моему, сейчас уже не о чем беспокоиться.

Стэффорд с улыбкой облегчения влетел в комнату.

— Темнеет, сэр. Но пока с их стороны никаких признаков активности. Наверное, увидели дым и сложили два плюс два. Я все подготовил, чтобы убираться отсюда. Тут есть парочка вполне пригодных пикапов. В один я пристроил Элпина. Большой Джеф вызвался сесть за руль. В другом можете ехать вы. А Холлоуэй всегда был в ладах с баранкой.

Валентайн поднялся на ноги — головокружение постепенно проходило.