Девушка нервно теребила небольшой кулончик из лунного камня, висящий на тонкой серебряной цепочке — безделушку, подаренную лунным драконом при встрече почти год назад. Анет настолько привыкла к невзрачному украшению за это время, что практически перестала его замечать, перебирая в пальцах автоматически, тогда, когда сильно переживала. В голове словно, маленький молоточек, стучала надсадная мысль: «А вдруг Дирон оказался неправ? Вдруг связаться не получится? Например, кристалл бракованный или у самой Анет не хватит знаний и способностей? А вдруг…» Но поверхность шара помутнела, и в голубоватом тумане достаточно быстро начали вырисовываться неясные очертания лица ксари.

— Кого там, на ночь глядя, принесла каркалья стая? Что уже и отдохнуть нормально нельзя, что ли… Достали вы меня все! Адольф — это ты? Я же сказал, что операцию раньше следующего месяца не начну! Анет… — встрепанная и помятая физиономия Дерри приблизилась к шару вплотную, и на Анет испугано уставился большой фиолетовый глаз.

— Ты… ты? Как? Почему? Я уже и не думал… Я не надеялся… — Лайтнинг заметно нервничал, и, как ни странно, не смог этого скрыть. Изображение в шаре немного переместилось. Теперь девушка видела не только удивленное лицо ксари и взлохмаченные волосы, но и обнаженный торс. Дерри совсем не изменился, да и с чего? Времени с их последней встречи прошло совсем немного.

— Привет, — шепнула Анет, внезапно пересохшими губами, недоумевая, с чего это Дерри в таком странном виде. Спать вроде бы еще рано, насколько девушка помнила, ксари для сна было достаточно трех-четырех часов. Но, впрочем, какая разница, быть может, завтра у него какие-нибудь важные дела с утра. — Мне поговорить с тобой надо, — сглотнула она, стараясь не пялиться, так откровенно, на его загорелую грудь с небольшим невзрачным амулетом на тонком шнурке.

— Да? А может минут через пятнадцать-двадцать, а? — нехотя отозвался Дерри, каким-то хриплым, не своим голосом.