Всем известно, что абсолютно светлый маг после смерти становится драконом, как произошло с предком Анет Селиверстом Огненным Вихрем. По общему мнению, все остальные маги просто смертны. Но Калларион в своих трудах доказывает обратное. Он считает, что магическая энергия не подразделяется на темную и светлую и, накопленная при жизни в значительном объеме, может позволить не потерять связь с внешним миром.

— Но по этой теории получается, что та же Хакиса не потеряла связи с миром и, чисто теоретически, может вернуться.

— Нет, на момент изгнания она уже давным-давно не являлась человеком. А про способности нежити, я речи не вел. Есть и еще одно «но». Несмотря на то, что энергия не подразделяется на темную и светлую, тем не менее, направленность мага на свет или тьму влияет на способность попадать в миры живых после смерти. Чем активнее маг при жизни использует темную магию, чем больше при жизни у него доступ к загробному миру, тем слабее после смерти у него связь с миром живых.

— Хорошо, светлые маги становятся драконами, а что с остальными?

— Келл так и не докопался до истины. Он считает, что маги, обращавшиеся при жизни и к свету, и к тьме, либо получают после смерти какое-либо неразумное тело. Либо остаются бесплотными духами, не исключено, даже незаметными для человека.

— Да, только этим можно объяснить отсутствие полчищ умерших магов.

— Ну, или тем, что восприятие мира после смерти сильно отличается от нашего, и умершим магам здесь просто неинтересно. Подумай, часто ли мы встречаемся с драконами? Нет. Они почти превратились в легенду. Вот бы с предком Анет пообщаться! — мечтательно проговорил маг. — Я бы многое у него спросил. А потом, я же говорил, что необходимо накопить определенный магический опыт и объем магической энергии. Все не так просто, как бы этого хотелось. Да, кстати, забыл спросить, а зачем вы на Землю собрались?