— Встать.

Ослушаться приказа, отданного таким тоном, я не рискнула. И в глазах мага ни тени жалости или сочувствия.

— Конечно, глупо убивать тебя, если я уж приложил столько усилий, чтобы затащить к себе, но поверь, есть куча способов доставить множество других неприятностей. С одной из них ты познакомилась только что.

Я раскрыла рот, чтобы спросить, но тут же вспомнила о боли и поспешно захлопнула его. От мага это не укрылось, и он усмехнулся.

— Что ж, по крайней мере, до тебя быстро доходит дрессировка. Можешь спросить. Только сегодня я буду таким добрым и отвечу на твои вопросы. Пользуйся.

— Зачем вы привели меня сюда? — Я с трудом удержалась от того, чтобы не разреветься — понимала, заплачу и будет много хуже. Была уверена, что мои слезы этого человека не разжалобят, а вот разозлить могут.

— Хм… не ревешь, не пытаешься умолять о милости… — Интересно, а от этого будет польза?

Странная вещь — человеческая психика. Вспоминая этот день, я порой, поражаюсь, как много понимала и замечала тогда. Может стресс так подействовал, может робкая надежда, что все это мне сниться и сейчас я проснусь в своей постели. Как обычно в комнату зайдет мама: «Солнышко, пора вставать, опять в школу опоздаешь». И ведь не ударилась в истерику и рев, пыталась что‑то понять, разобраться. Сейчас даже горжусь собой… (несколько предложений вычеркнуто). Что‑то расхвасталась совершенно не в тему. Все‑таки события того дня сильно на меня повлияли, если даже спустя столько времени хочется вспомнить даже эту маленькую мою победу над страхом и отчаянием. Я не плакала. И архимаг дома Кайтаида первым обратил внимание на несколько необычное для десятилетней девчонки поведение, но отмахнулся от этого.