– Но откуда он мог знать? – озадачился Демин.
– От жены своей! В сговоре они!
А оператор со своей камерой уже вышел в зал. Красный глазок камеры светился.
– Да прекрати ты! – прикрикнул я. – Все! Конец съемке!
За время существования программы «Вот так история!» мы разыграли множество людей. А вот сегодня впервые сами попались на удочку. Гончаров, наверное, скоро уже будет дома. Я представил, как он со смехом рассказывает о нас своей жене. То-то будет веселье. Вроде бы ничего страшного. Мы разыгрывали людей, сегодня же разыграли нас – бывает. Но мы в подготовку съемок ухнули уйму денег. И все старания окончились ничем.
– Ладно, все спишем на издержки, – примирительно сказала Светлана.
Она была права, конечно. Потому что ничего другого нам и не оставалось.
2
В два часа ночи мне позвонил Касаткин. Еще не слыша его голоса, я уже почувствовал стремительное приближение накатывающихся на меня неприятностей.
– Женя? – спросил Касаткин по-будничному спокойно, как будто и не ночь стояла за окном. – Что там у тебя стряслось?
– У меня? Стряслось? – изобразил я непонимание.
Уже догадался, что звонок как-то связан с нашей вчерашней съемкой, но что Касаткин имеет в виду?
– Эта женщина подняла панику. Отдай ты ей мужа.
– Мужа? – теперь уже непритворно изумился я.
– Она всех подняла на ноги. У тебя вчера была съемка?
– Да.
– Твой герой не вернулся домой.
– Да я его не видел после съемок! Он ушел совершенно неожиданно…
– Женя! Верни женщине мужа!
Эту фразу Касаткин произнес будто бы в шутку, но я прекрасно понял, что он хотел сказать. Он – руководитель телеканала, у него море забот, и не хватает еще ему выслушивать претензии по поводу исчезновения людей. В общем, если уж у нас случилась какая-то накладка, то это наша, а не его забота – погасить поднявшуюся волну.
– Так что же все-таки случилось? – настаивал Касаткин.