Сейчас объясню, пока не забыла. Сказочные миры настолько пропитаны магией, что любой пришелец здесь мог стать волшебником (а я просто обретала прежнюю власть над Словом), и прямо-таки кишмя кишели разного рода духами. А водились они в неимоверном количестве, я даже и названий всех не упомню — духи и земли, и леса, и гор, и воздуха, и огня, и пустынь, и лугов, и рек… И у каждого, например, леса — свой дух, который следит там за порядком, выводит из чащи заблудившихся путников, воздает по заслугам вредителям, встречает пришельцев… С шаюном — духом болота — я прежде никогда не встречалась и теперь с любопытством его разглядывала.

Хозяин местной топи имел вид невысокого человечка, едва доходившего мне до плеча и с ног до головы вымазанного тиной, и запашок, к слову, от него исходил соответствующий. С чумазой физиономии на меня настороженно пялились огромные глазищи цвета болотной тины с белыми вертикальными зрачками. Шаюн то и дело убирал со лба камышовый чубчик, зачем-то щупал крошечные витые рожки и шелестел расправленными крыльями, напоминающими сплетенные из стеблей осоки половички. В общем, типичный дух — выглядел так же, как и среда его обитания. Только крылья ему зачем — непонятно.

Он и заговорил первым:

— Что тебе понадобилось здесь, павший?

Опять!.. И почему меня так и норовят ткнуть носом в мое древнее прошлое?.. У меня вообще-то нормальное имя есть… Но спорить и возмущаться я не стала — не в том положении. Прежде — могла, но тогда я формально считалась спасительницей и могла безбоязненно хамить и самим Хранителям мира. Сейчас же, когда я снова лишь презренный павший воин, предстоит быть очень и очень осторожной и — главное — внимательно следить за своей речью.

— Здравствуй, властитель болот, — церемонно склонила голову я, лихорадочно припоминая ритуал общения с духами. — Прости, что нарушила твой покой.

— Слушаю тебя, — после небольшой паузы пробулькал шаюн, опасливо покосившись на опущенные клинки.