Такие женщины выбирают себе в пару мужчин, уже имеющих жену, и становятся… – Рейт замялся, не зная, какое подобрать сравнение для института, не существующего ни в одном человеческом государстве. В конце концов он решил не морочить себе голову терминами, а просто объяснить суть явления: – Практически они подчиняются главе семьи, которая в свою очередь обязана их защищать, как и их общего мужа. Ребёнок такой женщины официально считается ребёнком первой жены, обязанной заботиться о нём так же, как и о своём собственном. Насколько я знаю, диины вообще в этом случае не делают различий между детьми. В общем, единственное серьёзное ограничение прав такой женщины – это то, что она не может дать своему ребёнку имя своего рода…

– Ты не шутишь? – Лотан удивлённо покачал головой. – Хочешь сказать, что, если я заведу себе любовницу, Хиза не будет возражать?

– До тех пор пока твоя любовница не попытается претендовать на её место главы семьи, но я не думаю, что человеческая женщина пойдёт на подобную авантюру, большинство из них несклонны к самоубийству.

– Да уж. – Сел грустно улыбнулся. – Наверное, я попробую поговорить с ней и, если она не пришибёт меня сразу, попросить прощения за собственное невежество.

– Не пришибёт.

Рейт выпроводил друга из кабинета и мрачно покосился на стол, заваленный грудами всевозможных бумаг. Предстояло ещё много работы.

Хиза металась по кабинету, то и дело порываясь что-нибудь расколотить. Эфа уже устала убирать с дороги своей разозлённой до крайности подруги очередные предметы интерьера. Их в кабинете Императрицы было в общем-то не так уж и много, но разгневанная женщина-диин с удручающим постоянством выбирала направление, на котором ей непременно встречалась преграда в виде какой-нибудь мебели. Устав заниматься бессмысленными перестановками, Эфа решила отвлечь внимание подруги от уничтожения государственной собственности.

– Может быть, вс-с-сё-таки рас-с-скажешь, что с-с-случилос-с-сь? – сказала она.