— Генерал Соло, вызов от посла Леи Органы, — сообщил офицер связи.

— Я поговорю из своей каюты, — сказал Хэн и поспешил на вызов.

На маленьком экране появилась Лея. Она улыбалась, ее темные глаза радостно сверкали.

— О, Хэн, — нежно проворковала Лея, — как здорово, что ты здесь!

На ней была строгая белая форма альтераанского посла. Прическу Леи украшали серебряные гребни с опалами, добытыми в Альтераане еще тогда, когда великий Мофф Таркин первой Звездой Смерти не превратил планету в прах.

— Я тоже скучал, — хрипло отозвался Хэн.

— Спускайся на Корускант, в Большой Приемный Зал. Вот-вот прибудут хэйпанские послы.

— Чего они хотят?

— Не «чего хотят», а что предлагают… Три месяца назад я летала на Хэйп и говорила с королевой-матерью, — сказала Лея. — Просила ее о помощи в борьбе с Цзинджем. Она вела себя уклончиво, однако обещала подумать. Предполагаю, послы прибыли сообщить решение королевы.

Хэн понимал, что война с остатками Империи может занять годы, даже десятки лет, прежде чем завершится победой. Цзиндж и другие диктаторы помельче укрепились более чем в трети галактики, но теперь, похоже, активизировались, устраивая грабежи по всем звездным системам и продвигаясь к свободным мирам. Новая Республика не могла патрулировать столь обширный фронт. Как когда-то Империя отражала атаки Альянса Повстанцев, так Новая Республика теперь сражалась против мощи военных диктаторов и их многочисленных флотов. Хэну не хотелось, чтобы Лея возлагала надежды на союз с хэйпанцами.

— Особенно не надейся на них, — сказал он. — Я ни разу не слышал, чтобы хэйпанцы что-то делали — кроме неприятностей.

— Значит, ты плохо их знаешь. Приходи в Большой Приемный Зал. — Лея вдруг приняла сугубо деловой тон. — С возвращением, Хэн!