Ройс с растерянностью понял, что оказался надежно заперт на территории Ассоциации телохранителей, имея при себе лишь чемодан, набитый одеждой с чужого плеча… Причем, судя по поведению привратника, церемониться с ним здесь не собираются. Кажется, разговор с дядей уже не поможет. Ройсу очень не понравился плотоядный взгляд, коим привратник рассматривал новобранца: так гурман изучает деликатес. А вот парня больше устроило бы, если бы его признали несъедобным отбросом… Пусть это нелестно, зато выгодно.
— Хороший материал, — поцокал языком привратник, обходя Ройса кругом. — Ведите его к директору в центральный корпус. Хотя весенний набор уже прошел, я думаю, он не откажется взять на обучение еще одного молокососа, особенно если за него просит сам командующий армией.
— Вперед, Ройсвен, — попросил алани Мариот. Впервые за все утро в его голосе послышались мягкие нотки. — Не сопротивляйся, это бесполезно — я твердо решил, что ты отсюда выйдешь только вместе с клиентом. Упрямство не поможет, ты лишь поставишь меня в неловкое положение перед директором этого заведения. Вспомни, что, будучи главой рода, я имею полное право приказывать тебе.
Ройс, стиснув зубы, неохотно подчинился. Ему не нравилось, что его тащат связанного, как бессловесную скотину на бойню, и бессовестно распоряжаются его судьбой. Формально он действительно не вправе возражать и сопротивляться. Но гордость молодого человека была сильно задета, он чувствовал себя преданным и обманутым. Как ни странно, Ройс не возненавидел родственника, поскольку вполне отчетливо представлял ход его мыслей, однако был сильно сердит и на дядю, и на себя. Влип, как глупый, мальчишка!