Два дня Али наслаждалась покоем и одиночеством. На третий день, когда она обходила Гриффин, ее обнаружили. Али попыталась развернуть «Куб», но ветер был слишком сильный. Она не успела вывести корабль из бухты, и пираты взяли ее в плен.

К полудню злой волшебник застегнул на ее шее кожаный ошейник — знак раба. Если бы Али попыталась вырваться, магический ошейник безжалостно задушил бы ее. Капитан пиратского корабля, который затопил ее любимый «Куб», наблюдал за действиями волшебника.

— Побрейте ей голову, — приказал он. — Никто не купит раба с синими волосами.

Три недели спустя, город Раджмуат на острове Киприанг, столица Медного Архипелага

Али скрючилась в самом дальнем от двери углу загона для рабов: колени крепко прижаты к груди, руки плотно обнимают колени, лоб прижат к рукам. На голове отрос короткий золотистый ежик. Она была босиком, одета в тунику без рукавов из грубой некрашеной ткани. В качестве набедренной повязки служила какая-то ветошь. Пиратский кожаный ошейник сменили на другой, который будет на ней до тех пор, пока кто-нибудь не купит ее на рынке рабов города Раджмуат.

С момента захвата ее в плен прошло уже три недели. Две из них она провела на корабле, в грязном и вонючем трюме. Али отощала, синяки и раны покрыли ее тело. На затылке красовалась огромная багровая шишка, подарок одного пирата, которого она весьма чувствительно поцарапала. Она выглядела затравленной и запуганной, как и остальные рабы.

Но голова Али работала в полную силу. Она продумывала возможные варианты побега. Завтра рабов отправят на продажу. Можно, конечно, попытаться совершить побег из загона, но это займет много времени, и, кроме того, мешает ошейник. Самое лучшее — позволить себя продать. Она сбежит от новых хозяев, раздобудет деньги и одежду и найдет корабль, чтобы вернуться домой.