Конечно, была возможность, что родители сами вскоре отыщут ее. Но сон Али был правдой — бог заставил ее поверить в то, что сон был именно правдой — мама не смогла ее обнаружить. Папа или дядя Нумэйр могли бы выследить ее. В других обстоятельствах Али понадеялась бы на тетю Дайну, которая послала бы на ее поиски животных, но тетя Дайна ждет ребенка. Дикая Волшебница не могла заниматься другими делами в ожидании ребенка, который постоянно меняет свою форму.

Али не собиралась сидеть и ждать спасения. Она освободится сама. Если это не убедит отца в ее способностях, то уже ничто не убедит.

Внезапно в дверь громко постучали. От неожиданности Али подпрыгнула. Она поспешно спрятала свои инструменты и пошла открывать. В холл вошел большой белый человек в сопровождении двух воинов. Вся одежда пришельцев насквозь промокла, так как на улице шел проливной дождь. Али сложила руки на груди и приветствовала пришельца глубоким почтительным поклоном раба человеку, явно принадлежащему луаринской знати. У одного из его людей кожа была коричневая, у другого — красновато-коричневая, что выдавало их принадлежность к менее знатным слоям рэка или же вовсе к основному населению Архипелага.

— Я знаю, уже поздно, и без сомнения, они уже отошли ко сну, — грубым голосом сказал луарин, — но все равно тебе придется разбудить герцога и герцогиню. Скажи им, что прибыл принц Броно Джимайен с сообщениями исключительной важности. Это касается королевской семьи.

Али взяла насквозь мокрый плащ принца и пошла будить Улазима. Сама она не имела права входить в личные покои герцога Мекуэна и герцогини Виннамин. Когда она передала Улазиму слова принца Броно, огромный рэка побледнел.