Они переглянулись. Эта мысль им в голову не приходила. Точнее, компьютер почему-то такую модель прежде не рассматривал. Почему бы и нет?

Я неожиданно почувствовал очередной толчок в бок и обнаружил позади своего стула все того же Гиля Цейтлина, сумевшего, видимо, отбиться от охранников.

- Хватит, Песах, - сказал Цейтлин. - Пора возвращаться.

- Погоди, - сказал я, - я-таки не понял, что станет с теми Израилями, которые не будут избраны.

- Пошли, - приказал Цейтлин. - Объясню потом.

Почему-то после пребывания в виртуальной реальности у меня во рту остается привкус паленого провода. Я сидел в кресле и облизывал губы высохшим языком.

- Спасибо, Песах, - сказал Роман Бутлер, наливая мне чаю. - Ты нам очень помог...

- Чем это? - удивился я. - Я ведь так ничего и не понял.

- Это неважно. Поняли системщики, которые читали в твоем подсознании. Мы нашли путь распространения вируса. И заказчика.

- Кто же это? Надо думать, один из этой компании? Не рави Шай, надеюсь?

- Не нужно гадать, я все равно не скажу. До выборов месяц, не нужно сейчас никаких скандалов.

- А жаль, - неожиданно заявил я. - Мне понравилась идея - чтобы не народ выбирал лидеров, а лидеры выбирали себе народ.

- Народ у нас один, - сказал Роман, - а лидеров тьма.

- Вот в этом ты и ошибаешься, - пробормотал я. - Народов у нас тьма, и каждым нужно управлять отдельно. Кто сказал, что евреи - один народ? Евреи - это целая Вселенная, которая, как известно, бесконечна...

Бутлер посмотрел на меня сочувствующим взглядом. Совершенно напрасно - я немного утомился, но вполне контролировал свои мысли.

- Послушай, - сказал я. - Могу я опять погрузиться в компьютер? Мне, как историку, жутко интересно - там же у каждого народа свое прошлое, сколько ассоциаций, сколько линий!

Бутлер покачал головой.

- Антивирусная программа уже прошла, - сказал он. - Теперь там лишь отражение нашей предвыборной кампании. Числа и статистика.