— Попробую, — согласился Маг. — И те и эти.

Он сгрыз еще несколько орехов и удовлетворился этим. Как и все сущности тонких миров, он мог бесконечно долгое время питаться только энергией, которая присутствовала везде, поэтому поход за яблоками был для него в первую очередь развлечением, а не потребностью насытиться.

— Пойдем назад? — осведомилась веревка.

— Какая же ты суетливая, Талеста, — с досадой заметил Маг. — Когда еще я соберусь сюда! Давай лучше погуляем.

Веревка, кажется, отнеслась к его предложению с одобрением. До сих пор она ползла следом за своим хозяином, словно ручная змея, но теперь взобралась на свое привычное место на поясе Мага и гордо подняла узел, осматриваясь вокруг.

Они пошли под щебет птиц по мягкому травяному ковру, мимо сладко пахнущих цветов, усыпанных ягодами кустарников, деревьев с ветвями, согнувшимися под тяжестью плодов до земли. Выйдя на обширную поляну, Маг растянулся на траве.

— Святая святых Эдема, — откомментировал он. — Поляна, где растут древо бессмертия и древо божественного самосознания. Или, как это объясняют младшим Силам, познания добра и зла. — Он кивнул на два раскидистых дерева, росших отдельно посреди поляны.

— Тоже будешь есть? — иронически спросила Талеста.

— Я уже наелся. Кроме того, зачем это мне? Здесь сколько угодно плодов послаще этих. — Он выдернул тонкую травинку и стал рассеянно грызть ее нижний кончик. — Хорошо, что здесь запрещено бывать, иначе я не получил бы от этого такого удовольствия.

— Извращенец, — хмыкнула веревка.

— Может быть. — Он приподнялся, опираясь на руки, и уставился между деревьев. — Ну, это уж слишком!

— Что там? — Веревка выставила узелок из травы наподобие очковой змеи. — Я ничего не вижу.

— Неужели? — изумился Маг. — Там наш рыжий гуляет со своей Нереей, и оба голышом. А ты еще зовешь меня извращенцем! У нас, между прочим, пока еще принято одеваться.