- Из-за чего тогда интрига?
Майя вздохнула и обняла лабрадора, бодавшего её колено своей огромной головой.
- Шпики, они как вши. Они повсюду. Они появляются на наших собраниях. Как в каком-нибудь советском министерстве. И чистки безопасности - нас разделили на два лагеря: чистые и подозрительные. Мы все знаем, кто считается подозрительным, но никто не знает почему. Я чистая. К счастью, если ты лесбиянка, это теперь тебя не порочит. Ни один чистый не соизволил бы пообедать с подозрительным.
Грег чувствовал себя очень уставшим.
- Ну, тогда мне еще повезло, что я выбрался из аэропорта живым. Я мог бы «исчезнуть», если бы все пошло плохо, а?
Майя пристально глядела на него. Он ждал ответа.
- Что?
- Я собираюсь рассказать тебе кое-что, но ты даже не повторяй это, ладно?
- Эм-м.. ты ведь не в террористической ячейке, правда?
- Не все так просто. Дело вот в чем: дознания ООБ в аэропорту - это предварительное отсеивание. Оно позволяет шпикам сужать свои критерии поиска. Как только на границе тебя вытащили на дополнительную инспекцию, ты стал «персоной интереса» - и они никогда тебя не оставят. Они будут сканировать вебкамеры в поисках твоего лица и походки. Читать твою почту. Следить за твоим интернет- поиском.
- Я думал, ты сказала, что суды не позволят им...
- Суды не позволят им без разбора гуглить людей. Но после того, как ты попал в поле зрение системы, это уже выборочный поиск. Все законно. И раз они начали гуглить тебя, то всегда что- нибудь найдут. Все данные о тебе скармливаются в большой ящик, который, используя отклонения от статистических норм, проверяет их на «подозрительные шаблоны», чтобы прижать тебя.
Грег почувствовал, что его вот-вот стошнит.
- Какого черта это произошло? Гугл был хорошим местом.