– Не могу поверить! – гном ходил по комнате, размахивая своими мускулистыми руками в редкой ярости. – Ты заплатил за "Молнию" и "Небесную Ярость" такие деньги! Что больше ничего не было?

– Я мог взять "Небесный Гром". – Интарн еще не отошел от перепалки с продавцом, а потому ответ прозвучал саркастично и даже грубо.

– Гирли не возмущайся, – огромный тролль, тоже член Разрушителей, исполнявший при мнимом богаче роль телохранителя, сидел у двери роскошного номера, который они снимали для респектабельности. – Он сбросил даже больше чем обычно.

– Но мог еще больше, – продолжал протестовать гном. – Если бы сказал, что…

– Что сказал? – Интарну больше всего на свете захотелось лечь и поспать дня два, подкрепившись вином. – Я и так говорил на пределе. Еще чуть-чуть и он понял бы, что я Воин.

Гном махнул рукой и направился в свою комнату, ворча себе под нос. Как-то незаметно ушел и тролль, оставив Интарна в одиночестве. Кроме них троих здесь еще были трое Воинов Разрушителей, что обеспечивали им прикрытие, но они жили этажом ниже в номере второго класса, и делали вид, что обычные пехотинцы, пропивающие отпускные.

Интарн рухнул на кровать. Дело сделано, и теперь можно отдохнуть.

– Нет, ты пойми, – гном продолжал монолог, теперь выбрав жертвой тролля, что сидел в кухне, попивая светлое пиво, и чесал густую щетину за ушами. – За "Небесную Ярость" конечно, такие деньги отдать можно. Но на "Молнии" можно срезать было еще сотню, если не больше!

– Гирли, – даже каменное терпение тролля начало сдавать от стенаний гнома, над деньгами. – Мы вложились в лимит? Вложились. Доспехи хорошие? Хорошие. Чего еще надо?

– Ничего вы не понимаете, – обречено вздохнул гном.

– Я понимаю одно, – тролль огромным глотком опустошил стакан пива. – Завтра вечером мы отбываем. Причем сразу на передовую, на этот проклятый Анреа. Поэтому стоит пользоваться всеми правами отпуска. Давай, спустись и расслабься в трактире, что внизу. Там отличный эль, и есть девочки.