- Скорее, они уже не могут сдержать атакующих...
Не тратя лишних слов, Стак поднялся на ноги, поежился от боли на обожженной арканом коже и сделал шаг к выходу. Орденцы побежали, путь в зал Хифероа был открыт для этого отряда.
Но не для него одного. В следующем зале они столкнулись с группой Бородула. Тот доложил:
- Дракон влетел в яму всей массой. Мы закрыли решетку и подняли заслонку на шлюзе. Когда вода поднимется вровень с решеткой, дракон... пустит последний пузырь.
- Раненые? - отрывисто спросил Стак, не сбавляя бег.
- Так мы же с ним не бились, - простодушно удивился Бородул.
"Что-то слишком простодушно для такого хитреца", - решил Стак.
И уже перед самым залом они налетели на третью группу, которой командовал Опристак. Тот еще издалека закричал:
- Мы завели дракона в узкий проход и, пока он там пытался развернуться, вернулись по соседнему. Только поплутать немного пришлось...
"Молодцы, - решил Стак. - Просто и разумно. Все молодцы. Но теперь самое главное".
Чуть сбавив ход, они подбежали к двери, раздвинутой ровно для прохода двух людей. Двери были великолепны. Это был зал самого Хифероа. По ту сторону дверей, в темноте, разрываемой лишь двумя слабыми факелами, кипела битва.
"Жаль, сразу после освещенных коридоров будет тяжеловато", - решил Стак. Но орденцам он приказал:
- Входим. И бейте всех, кто подвернется под мечи. Мы успели, теперь мы их вытащим во что бы то ни стало.
И он толкнул двери, чтобы они раскрылись пошире. На орденцев дохнуло гарью взорвавшихся факелов, запахом крови и пота нечеловеческих существ. Что удивляло - в зале почти не было магии, а она должна была прорываться везде и всюду, магия тяжелейшего, дикого боя...
Но поверх всего в этом воздухе плавало ощущение смерти. От ее толчка в лицо отшатнулся на миг даже Стак. Но он стиснул зубы, вытащил клинки и рванулся вперед. Он знал: прежде чем они отсюда уберутся, если все-таки удастся убраться, смерти будет еще больше.
ГЛАВА 5
Первую волну атакующих Сухмет приостановил, взорвав по три факела на каждой стене зала. Всплески пламени от них пришлись в самую гущу нечисти, что стала вылезать из потайных дверей, и к Рубосу докатилась едва ли десятая часть тех, кто отозвался на первый вопль Хифероа.