Я безо всякого аппетита ковырялась в миске отварного картофеля с мясной подливой, поглядывая то на дверь корчмы, то на Навару. Усатый проходимец развлекал свою компанию пространным монологом, из которого до меня долетали лишь невнятные обрывки слов, причем то один, то другой из его собутыльников оборачивался, чтобы посмотреть на меня, и заходился хохотом.

Наконец я дождалась своего гонца.

- Вот, госпожа ведьма, принес! - Мальчик поднял над головой лопату на кривом черенке.- Ржавая, как вы и просили.

- Госпожа ведьма решила заняться разработкой золотых приисков? вежливо поинтересовался Навара.

Не обращая внимания на хохот завсегдатаев, я взяла у мальчишки лопату и, подойдя к Наваре, торжественно вручила-всучила ему орудие копания.

- Зачем она мне? - неподдельно удивился "рыцарь", рассматривая лопату.

- Как это - "зачем"? - Мое удивление было куда более фальшивым. Выкапывать упыря.

- Что?!

- До полуночи вы должны откопать упыря и окропить его горючими девичьими слезами, этим проверенным веками эликсиром, дабы обратить кровопийцу во прах, - охотно разъяснила я.

В корчме воцарилась гробовая тишина.

- Нет уж, увольте, - Навара попытался вернуть мне лопату, но я заложила руки за спину и сделала шаг назад.

- Навара, неужели вы не хотите спасти деревню? - притворно ужаснулась я, обводя взглядом битком набитую корчму. - Подумайте о женщинах... детях...

Глядя на испитые, заросшие щетиной лица селян, было очень трудно думать о чем-либо ином, кроме вреда алкоголя, но я достигла своей цели. Толпа заволновалась, зашумела.

- Что ж ты, ведьма, сама к упырю в могилу не полезла? - подозрительно спросил корчмарь. - Чай, твое это ремесло - нежить изничтожать!

- Увы, увы... - Я покачала головой в притворной скорби. - Все, что говорил обо мне этот благородный рыцарь, - правда. Мое ничтожное искусство бессильно против этой кровожадной твари. И лишь вы, Навара, способны избавить от нее мир. Умоляю вас, не отказывайтесь! Не лишайте этих славных людей последней надежды!