Устало подволакивая ногу, он нагнал Мак-Арана. Молодой медик, невысокий и стройный светлый шатен с короткой курчавой бородкой, выглядел очень усталым, словно давно толком не спал.

— Как там дела в госпитале? — нерешительно поинтересовался Мак-Аран.

— По крайней мере, ни одной смерти аж с полуночи; плюс у четверых положение перестало быть критическим. Похоже, утечки из реактора все-таки не было — ту связистку мы уже выписали: ее тошнило просто из-за сильного удара в солнечное сплетение. Слава Богу, хоть с этим повезло — случись утечка из реактора, шансов у нас не было бы просто никаких, плюс еще планету заразили бы.

— Да, хорошая штука — фотонный привод; по крайней мере, сравнительно безопасная, — отозвался Мак-Аран. — Юэн, у тебя совершенно замученный вид. Тебе хоть немного удалось поспать?

— Нет, — покачал головой Юэн Росс. — Старик вчера не жался со стимуляторами, так что, как видишь, я до сих пор на ногах. Конечно, когда-нибудь я свалюсь и продрыхну беспробудно суток, наверно, трое, но пока еще держусь. — Он замялся и неуверенно покосился на своего друга. — Рэйф, я… слышал о Дженни! Такое невезение! Почти все в той секции спаслись, я был уверен, что и она тоже…

— И я был уверен. — Мак-Аран глубоко вдохнул, но чистый воздух лег на грудь невыносимой тяжестью. — Я еще не видел Хедер… она…

— С ней все в порядке; ее пока поставили медсестрой. У нее ни царапинки. Насколько я понимаю, после этого собрания огласят полные списки — погибших, раненых и живых. А ты-то чем занимался? Дель-Рей сказала, что тебя послали на разведку; и что ты там разведывал?

— Геодезические изыскания, нулевой цикл, — доложил Мак-Аран. — Мы же ничего не знаем о планете — ни на какой широте упали, ни диаметра, ни массы, ни какой тут климат, ни что за время года сейчас — вообще ничего. Мне удалось выяснить, что мы не так уж далеко от экватора, и… Ладно, все равно сейчас докладываться. Что, прямо так и заходим?