— Отец, ты узнал его? — спросил Эллери.

Инспектор Квин помотал головой. Он явно был удивлен.

— Нет, я его не знаю.

Коричневая Рубашка занял место у двери в спальню инспектора, а Синяя встал у противоположной стены. Теперь они полностью контролировали гостиную Квинов.

Пылесос миссис Фабрикант продолжал визжать.

Неожиданно третий мужчина, тот, что находился на лестничной площадке, отошел в сторону, и Эллери увидел поднимавшегося на их этаж коротышку в помятой шляпе.

— Доброе утро, — войдя в комнату, поздоровался коротышка и снял шляпу.

Голос его звучал подобно гитарной струне. Вблизи мужчина оказался не таким уж и низкорослым — всего на несколько дюймов ниже инспектора Квина и такой же комплекции. От висков его голова с сильно поредевшими волосами мышиного цвета расширялась, широкий лоб говорил об уме. Лицо сероватого оттенка свидетельствовало о том, что он редко бывает на свежем воздухе. Суровый взгляд его глазам придавали толстые линзы очков без оправы. Из-за животика однобортный пиджак, застегнутый на одну пуговицу, сидел на нем как на барабане. Такому, как он, следовало бы носить котелок и жилетку с карманами.

На вид мужчине можно было дать пятьдесят, или шестьдесят, или даже сорок пять.

Заключение Эллери о нем было категоричным — слегка сдвинутый профессор. Но профессора, пусть даже и немного сдвинутые, не разъезжают по городу в дорогих автомобилях, да еще в сопровождении вооруженной охраны. В таком случае, решил Эллери, перед ними генерал-интеллектуал, из тех, что сидят в Пентагоне и вершат судьбами своих подчиненных. В крайнем случае — старомодный банкир из Вермонта. Но…

— Мое имя — Абель Бендиго, — прервав мысли Эллери, представился нежданный гость.

— Бендиго? — удивленно переспросил инспектор. — Уж не тот ли Бендиго…

— Никак нет, — улыбнулся Абель Бендиго. — Бьюсь об заклад, что даже фотографию того Бендиго вы не видели.