Другие комнаты именно так и делились, поскольку были квадратными, с симметрично расположенными парными окнами – из них без особых хлопот можно было сделать две равноценные каморки, соорудив посредине кирпичную стену. Гостиная же из-за эркера пополам не делилась, поэтому перегородку возвели правее, обойдя выступ. Вот и получились две непохожие на остальные комнаты: одна маленькая с одним узким оконцем, вторая просторная, светлая да еще с архитектурным изыском в придачу.

Сейчас этот изыск был у Ларисы перед глазами: рассохшиеся рамы, оторванные шпингалеты, покореженные форточки. Но большого значения это не имело, поскольку окна все равно необходимо было менять на новенькие стеклопакеты. И вешать на них шторы из органзы: легкие, воздушные, непременно голубые. На подоконник ставить горшочки с фиалками. А у окна круглый столик для чаепитий...

– Все, решено! – сказала Лариса вслух. – Будем делать эту комнату!

Она прошла к стене, разделявшей гостиную, рванула обои, обнажив кирпичную кладку. Та выглядела не слишком прочной – цемент кое-где выкрошился, а кирпич изначально был некондиционным, поэтому сейчас его покрывали трещины. Лариса подумала, что сможет сломать стену сама. Главное, найти орудие труда. Например, молоток – кажется, в фильме «Призрак» герои ломали стену именно молотками, – а лучше кирку, и уж вообще будет здорово, если обнаружится электродрель. Хотелось надеяться, что в этом доме найдется хоть что-то...

Естественно, нашелся только молоток. С трудом отыскав его, Лариса вернулась в комнату и с размаху долбанула по стене. В лицо ей тут же полетела цементная труха, но и только. Лара стукнула по кирпичам еще раз и еще. Но стена не поддалась! Не то что та, в фильме. Очевидно, в Америке стройматериалы не такие прочные, как советский кирпич, пусть и некондиционный.

Признав поражение, Лариса, не выпуская молотка из рук, прошлась по комнате, осматриваясь и прикидывая, чем лучше покрыть стены: обоями, краской, декоративной штукатуркой или тканью.