- Что ты тут делаешь, Картер?
- Я... я просто играю, папа. Ты вернулся!
Лорд Андерсон взял сына за руку и торопливо вывел из-под лестницы.
- Я не хочу, чтобы ты сюда приходил, - сказал он строго.
Отец редко бывал так суров, и Картер, озадаченный, обернулся к зеленой двери.
- Но... куда она ведет, эта Зеленая Дверь?
- Куда бы они ни вела, тебе туда ходить нельзя! И пообещай мне, что больше не станешь говорить об этом! Понимаешь? И держись подальше от этой лестницы. Обещаешь?
- Обе... обещаю. Прости меня, папа.
Картер чуть не плакал.
Заметив, как расстроился мальчик, лорд Андерсон сменил гнев на милость.
- Ну будет тебе. Ты ничего дурного не сделал. Пойдем навестим твоего братика.
В юго-восточном крыле Высокого Дома, напротив выхода в сад, из кухни во двор вела небольшая дверь. Двор, где царила густая тень, отбрасываемая кронами величественных дубов, был обнесен кирпичным забором высотой в четыре фута, по углам его украшали бронзовые статуи ангелов с натянутыми луками. Посередине двора был вырыт колодец, обрамленный каменной кладкой. По камням - вверх, вниз и вдоль краев - ползали улитки, похожие на парусники. На бортике колодца красовалась бронзовая табличка с надписью: Гильдия каменщиков Ифддаун-Мареста. Северная часть двора поросла густыми кустами, образовывавшими замысловатый лабиринт. Там Картер часто играл. Он вообще очень любил этот дворик. Тут было прохладно в самые жаркие летние дни, а когда дул ветер, листва деревьев шелестела, словно крылья гигантских птиц. Картер любил усесться на землю с книжкой, прислонившись спиной к стенке колодца. Читал он книжки про всякие приключения, такие как "Люди тумана" или "Колодец на краю света". Наверное, тот колодец из книжки был чем-то похож на этот, посреди двора, - так думал Картер. За невысоким забором лежала усыпанная гравием дорожка, огибавшая по периметру весь дом. Напротив калитки стоял черный фонарный столб. Каждый вечер Чант, минуя увитую виноградом беседку, выходил через эту калитку к фонарю и, бормоча стихи, зажигал фонарь. Забор почти весь порос плющом, фигурки ангелов покрывала зеленоватая патина, во дворе всегда царил удивительный покой.