- Все со временем объяснится, - пообещал Бриттл.

- Разве за день все поймешь? - хмыкнул Енох. - Маловато будет. Сегодня вам только и надо - вспоминать. Побродите по знакомым дорожкам. Посмотрите, годится ли он вам, этот дом. - Он вынул из кармана хронометр и простонал: Пора идти часы заводить. Они ждать не будут.

- А мне пора лампы да фонари зажигать, - сказал Чант. В это мгновение над крышами грянул раскат грома. Бриттл выглянул в окно и сокрушенно покачал головой:

- Нынче ночью будет сильная гроза. Стемнеет рано.

Все трое попрощались с Картером и оставили его наедине с воспоминаниями и старыми, знакомыми до боли вещами. Слуги ушли чересчур поспешно, но Картер не обиделся на них: он понимал, что они думают об отце. И именно из-за этого к радости встречи примешалась грусть.

Картер вздохнул, открыл чемодан, вытащил оттуда четырех деревянных солдатиков, обшарпанный деревянный меч и портрет матери. Все эти детские сокровища он разместил на тумбочке возле кровати, а потом улегся и стал смотреть на них.

Чуть позже он встал и долго бродил по комнатам, разглядывая старые вещи. Заглянул в картинную галерею, где торжественными рядами висели портреты былых Хозяев Эвенмера, потом - в оранжерею, напоенную ароматами цветущих лилий и роз, оттуда - в утреннюю гостиную, радующую глаз сочетанием желтого и золотого, из нее - в курительную комнату, чопорную и скучноватую, похожую на сварливого старикашку, затем - в библиотеку, торжественно-напыщенную и загадочную. Картер заходил еще во многие комнаты, только столовую решил оставить на потом. Многое он успел забыть, на многое теперь смотрел по-новому. Наиболее ярко ему помнилась последняя неделя, проведенная с отцом. Сегодняшние злобные намеки Мэрмер больно ранили Картера, но он надеялся, что и она понимала: он в те последние дни тоже попрощался с отцом. И как бы мачеха ни силилась, она не могла этого отнять у него, даже своими жестокими издевками, спрятанными за показной обходительностью.