Картер улыбнулся:

- Нет. Все, что имеет отношение к этому дому, меня не удивляет. Он очень древний, и традиции здесь странные. Нет, я не огорчен.

Затем они курили сигары и до поздней ночи болтали. Картеру все больше нравился Хоуп. Юрист оказался честным до наивности, что для человека его профессии довольно нетипично. Вряд ли ему была суждена блестящая карьера.

Наконец они пожелали друг другу доброй ночи, и Картер удалился в свою комнату. Там он уселся на кровать, на которой не спал уже много лет, потрогал столбики, ткань балдахина, снял туфли и носки, опустил на шерстяной ковер босые ноги. За окном грянул гром. Вспышка молнии озарила подоконник. Картер окинул комнату взглядом. Багряные азалии на обоях, резной ангел на каминной полке красного дерева, над ней - сабля в серебряных ножнах, рядом массивный платяной шкаф с большим овальным зеркалом. Картер погасил лампу и долго сидел в темноте, прислушиваясь к стуку дождя в оконное стекло, к шуму ветра в ветвях деревьев - к знакомым с детства звукам. Он был дома, а ведь и не надеялся на то, что ему суждено снова оказаться здесь и спать в своей кровати.

Картер подошел к окну, раздвинул шелковые шторы, чтобы посмотреть на грозу, и вздрогнул. Ему показалось, что на краткий миг к стеклу прильнуло чье-то лицо и тут же исчезло. Это произошло настолько молниеносно, что Картер не смог бы сказать наверняка, действительно ли он что-то видел, или ему только померещилось. Первой мыслью было: нет, это невозможно, ведь комната на втором этаже, и к тому же без балкона. С часто бьющимся сердцем Картер огляделся по сторонам - не могли ли сыграть шутку тени.