
— Обслухиваю вас, — сказал он, своим обычным, вальяжным тоном.
— Марек, это я.
— Илюха? — удивился Марек. Что-то ты быстро? Я только…
Илья перебил его.
— Слушай, ты говорил, что у тебя там что-то есть?
— Не понял? — опять удивился Марек — Винишко, что ли? Ну, есть мальца. Я ж тебе предлагал. Ты чего?..
— Я к тебе сейчас приду.
— Да приходи, жалко, что ли. А, что случилось-то?
— Спалился я, по твоей милости, вот что случилось! Кто-то уже настучал про вчерашнее!
— Аньке, что ли? — слышно было, как Марек громко чавкая, жуёт жвачку. Я сейчас работенку быстренько закончу… ты приходи минут через десять. Не грусти, разберёмся. Давай! — он повесил трубку. Илья посмотрел на часы. Подходило время снимать показания приборов, как раз оставалось десять минут. «Ладно… подумал Илья, — сейчас сниму и пойду».
Он сел за стол, взял тезисы, но тут же откинул их в сторону. Обидные Анюткины слова, не переставая, вертелись у него в голове. Промаявшись минут пять, он, наконец, старательно занёс результаты в таблицу, затем тщательно, со всех сторон осмотрел работающую установку и, убедившись, что всё идёт как надо, собрался, было идти…
И тут погас свет.
Сразу стало тихо, тихо. Кромешная темнота и тишина. Только по инерции, на крыше, еще вращался двигатель вытяжной вентиляции, да вьюгу отчетливо стало слышно за окном.
