- Не знаю... - Анюта с сомнением покосилась на стаканы и цилиндр с характерно пахнувшей жидкостью, - а что вы пьёте? Спирт?

- Естественно спирт! - хихикнул Марек. - Спиритус вини! Что тут ещё можно пить? Мы же в химическом институте работаем, как-никак.

- Фу, гадость! Ну, каплю, если только, чтоб нервы успокоить.

Достали ещё один стакан. Марек быстренько разлил. Чокнулись молча. Выпили.

- Какая гадость! - отдышавшись, повторила Анюта. - Ф-ф-у, как вы её пьёте?

- Так же как и ты, - пожал плечами Илья, - морщимся и пьём.

- А едите что? - она взяла двумя пальцами со стола сухарь, оглядела его со всех сторон и брезгливо положила на место. - Он же мышами объеден!

- Сама ты, мышами... - возразил Илья. - Это, наверное, Степановские дети ели.

Просто все белые сухари уже кончились, остались только чёрные.

- Ладно... - она встала, слегка покачнувшись, - подождите, сейчас что-нибудь принесу поесть.

Когда она вышла, Марек тут же пристал к Илье:

- Давай, пока её нет, выпьем ещё по одной. Да обсудим, что делать-то будем.

Они выпили.

-Ну? - спросил Марек. - Пойдём ещё раз до дому?

- Ты как хочешь... - сказал Илья, хрустя сухарём, - а я в гробу видал, ночью, по такой погоде шастать! Дождёмся утра... рассветет, тогда и пойдём.

- Ладно! - с готовностью согласился Марек. - С утра, так с утра. А сейчас-то, что будем делать? Кстати... - выпучил он, вдруг глаза, - ты такой фильм помнишь... "Послезавтра", кажется, называется. Там тоже, все раз и замерзло... мож и у нас так... холодный воздух спустился со стратосферы.

- Ладно, синоптик-кинолюбитель, - усмехнулся Илья, - завтра разберемся, что там "послезавтра". А сейчас, спать, наверное, ложится, надо... что ещё делать-то. Слушай, ты рядом сидишь, посмотри там, на термометре, сколько градусов? Что-то вроде, как, теплее стало.