Проныра старался ослабить бдительность. По собственному опыту Троуп знал, что некоторые мерзавцы натаскивают охрану по специальной системе. Определенные слова, не означающие, на первый взгляд, ничего особенного, несли в себе подспудный смысл. Как-то: «Стоять», «Будьте готовы», и — «ОГОНЬ, негодяи, ОГОНЬ!..».

Блэйз молчал, регистрируя взглядом каждое движение толстяка и «тушехранителей».

— Молчишь?.. Что ж, ты меня разочаровал. Ты на редкость некоммуникабелен. — Шнайдер вновь облизнулся. На лысине проступила испарина. — НАМ НУЖЕН КОНСЕНСУС.

Едва отзвучал последний звук, как один из парней, стоявший рядом с диваном, гораздо ближе остальных, выхватил бластер. Вернее, попытался это сделать.

ВСЕ телохранители были стопроцентными людьми. Ни одного Иного. Ни генетических модификаций, ни боевых имплантантов. Многие слишком юны и смазливы, чтобы представлять для Блэйза Громобоя серьезную угрозу... Он это знал.

Грохнул выстрел. Пистолет — будто живой — прыгнул в руку стрелка. Пуля легко пробила противобластерный жилет. На груди охранника расцвело ярко-алое пятно. Парень удивленно на него поглядел, затем осел на пол. Бластер показался лишь наполовину.

Остальные замерли, словно в раздумье. Троуп напрягся, поводя узким стволом пистолета из стороны в сторону — ни дать ни взять, кобра, ищущая жертву. Когда сцена стала затягиваться, один из телохранителей, стоящий в самом углу и, вероятно, считающий, что охотник его не заметил, потянулся к оружию.

Он ошибся. Рявкнул пистолет.

Тут картина взорвалась — изнутри, всплеском энергии и смертоносных лучей. Несколько парней выхватили бластеры одновременно. Блэйзу не оставалось ничего иного, кроме как нырнуть за ближайший столик, рассыпая вокруг раскалённый металл...

Гравитация исчезла, вышибла почву с немилосердностью кулака, бьющего в висок. Противники немедленно взлетели к потолку, подобно зондам, наполненным гелием.