Холл улыбнулся Мауре:
- Перед всеми нашими друзьями я клянусь, что буду тебе хорошим мужем, защитой, опорой и добытчиком. Обещаю не только любить тебя, но также быть тебе верным другом и помощником во всех делах. Никогда другая женщина не займет твоего места в моем сердце. Обещаю исполнять твои желания так же, как и мои собственные, и быть твоим спутником в радости и в горе, во все дни нашей жизни.
- Еще в детстве знала я, что нам суждено быть вместе, - ответила Маура. Голос ее дрожал, словно она готова была разрыдаться, - Никогда не желала я себе другого супруга и с радостью отдаю тебе свою руку и сердце.
Холл наклонился, обнял и нежно поцеловал Мауру. Присутствующие радостно заулыбались. Кейт ждал, что будет дальше, но поцелуй все длился и длился, и конца ему было не видать.
Мастер Эльф кашлянул. Влюбленные наконец оторвались друг от друга и перевели дух. Щеки у Мауры приметно порозовели.
- Поскольку оба вы изъявили желание быть вместе, никто из нас не станет препятствовать вашему союзу, - торжественно объявил Мастер. Поздравляю вас и желаю вам счастья и всего самого наилучшего.
Сияющие Холл и Маура подошли и обняли его, потом Куррана. Все разразились приветственными возгласами. Новобрачных окружила толпа, осыпая их добрыми пожеланиями. Диана теперь, когда больше не было нужды сохранять молчание, громко всхлипывала, утираясь платком Кейта.
- Надо было купить водостойкую тушь! - улыбнулась она сквозь слезы. Глаза у нее были окружены черными подтеками. Она промокнула их платком. Знаешь, я так рада!
- Я тоже, - кивнул Кейт.
Он невольно расплылся в улыбке. Эта радость была, очевидно, заразительна: все вокруг тоже улыбались такой же глуповато-счастливой улыбкой.
- А теперь - пир на весь мир! - провозгласила курчавая Роза. И вся толпа, точно стайка голубей, оставивших крошки одной старушки ради другой, развернулась и хлынула к столу. Теперь Кейту удалось протолкаться к Холлу с Маурой. Он опустился на колени, чмокнул невесту в щечку, а Холла крепко обнял и дружески похлопал по спине. Попытался придумать, что бы такого сказать разумного, доброго, вечного, но так ничего и не придумал и ограничился лишь простым: