- Нет. Звонил кто то. Я сказала, что ты придешь поздно. Она опять плюхнулась на кушетку, так и не раскрыв глаза... Утром мы выходим из здания и сразу нарываемся на оцепление. Милиционеры перекрыли площадку перед нашей парадной. - Проходите здесь, - показывает милиционер вдоль здания. - А что произошло? - полюбопытствовала Тася. - Убийство... - Ой... Кто же это? - Шпана передралась, троих гавриков пришили. Я гляжу на асфальте нарисованы мелом фигуры тел. Может это мои подопечные... - Тася, постой, я забыл первоисточники. Надо же Гришке отдать... - Ты иди, я подожду. Носик Таси уже был за ограждением, глаза жадно вбирали рисунки мелом. Возвращаюсь назад в парадную и с удивлением не вижу ни ножа, ни крови. Кто то все аккуратно подтер. Зато на третьем этаже выше моей коммунальной квартиры, обнаружил у окошка несколько окурков, сигарет Север... В этот же день вечером, мы уехали в Смоленск. Мария Круглова долго открывала свою дверь, щелкая многочисленными замками. Это была пожилая женщина в ситцевом переднике и взлохмаченной головой. Ее выцветшие глаза с любопытством уставились на меня. - Вот вы какой, Саша... Она оглядывает меня с ног до головы. - А я, Тася. Из-за моего плеча выныривает Таська и протягивает руку. - А вы кто? - Я? Я подруга, то есть очень хорошая знакомая Саши. - Ага, понятно. Мария небрежно жмет Таськину руку. - Может ко мне сначала зайдешь, чайку попьешь, или сразу к дяде. - Сразу к дяде. - Подожди, я сейчас достану ключи. Соседка исчезает и вскоре появляется без передника, с более менее уложенными волосами, в ее руке связка ключей. - Денис Григорьевич лет пятнадцать назад сделал стальную дверь к себе в квартиру, уж больно много любопытных хотело попасть к нему... Таська дергает меня за пиджак, я отмахиваюсь. Мария подходит к ничем неприметной

соседней двери и начинает открывать несколько замков. Когда первая дверь открылась, я с удивлением обнаружил, что она из толстого листа стали, только сверху для приличия, как то отделана дерматином.