Протискиваясь в пригородном потоке машин, большой черный лимузин сначала свернул направо, потом налево. Потом еще раз направо. В большой степени сообщество Ренессанса являлось атавизмом - эдаким желанием вернуться обратно к Северной Америке двадцатого века. Подобные атавизмы встречались весьма часто среди колонизаторов-землян и причиной этого, по сути, являлась схожесть возраста и ощущения начала большого пути. Ни для кого не было секретом, что на Ренессансе не было индейцев, с которыми можно было бы вступить в вооруженный конфликт, однако прочие природные трудности имелись, хотя в настоящее время и были в подавляющем большинстве - как того и следовало ожидать - покорены.

Ральф еще раз повернул направо.

- Ты уверена, что дала Ральфу правильный адрес? - спросил девочку Старфайндер. - Мне кажется, мы ездим кругами.

Кили была в лазурном платье, голубом беретике с белым помпоном и сандалиях на платформе. На коленях она держала маленькую белую сумочку.

- Мы едем правильно, дядя Джон, - тихо ответила она. Потом заглянула через плечо Ральфа. - А вот и мой дом, дядя Джон. Прямо впереди. Такой веселенький.

Объяснение ее не исправило положение, потому что все дома на улице были "веселеньких" цветов. Но Ральф понял ее без труда, верно выбрал подъездную дорожку, въехал на нее и припарковался перед круглым домом темно-бежевого цвета под красной крышей. Если и были в голове Старфайндера еще какие-то сомнения по поводу того, верную или нет они выбрали подъездную дорожку, то литой алюминиевый знак на колышке, воткнутый в землю лужайки в заметном месте недалеко от подъездной дорожки, однозначно объявлял:

Узкая бетонная дорожка вела от подъездной дороги мимо просторной клумбы к переднему крыльцу. На крыльце стояли только что появившиеся из дома мужчина и женщина. Обоим было примерно столько же лет, как и Старфайндеру. Мужчина был приземистый и широкоплечий и имел небольшую бородку. Одет он был в рабочую одежду. Женщина была стройнее, и на первый взгляд ее глаза как две капли воды были похожи на глаза Кили. Женщина была одета в домашнее платье с горшочками и сковородами, нарисованными по всему платью тут и там.