Озадаченно моргая, я сползаю с дивана, в слабой надежде дергаю себя за ухо. Увы, чуда не происходит, это не сон, и вместо привычного зуба язык нащупывает острогранный шершавый обрубок. Настроение враз портится. Это вам не бутерброд вниз маслом, это - гораздо хуже! Потому что уже днем мне шлепать в кафе на свидание с одной юной и весьма придирчивой особой. Она и до этого подозрительно всматривалась в мои галстуки, косилась на вынимаемые из карманов платки. Можно было не сомневаться, что недостачу переднего, можно сказать, наиболее симпатичного зуба эта придира заметит моментально. А жаль. Девочка свежая, спелая, заводная до не могу.

Шаря под диваном, я раз пять выругиваюсь. Вполне конкретно - в адрес мучившего меня стоматолога. Но ругаться в доме - плохая примета. Вроде свиста. Лучше этим не увлекаться, тем паче, что может услышать Агафон. В смысле, значит, барабашка. Я зову его Агафоном, и ему это, кажется, нравится. Все вокруг барабашек боятся, экстрасенсов на дом приглашают, пытаются выводить ночных шептунов, словно крыс каких или тараканов, я же с моим Агафоном уживаюсь вполне мирно. Даже к тому, что иной раз он будит меня по ночам, давно привык. Будит - и будит, что тут страшного? Домовой - он тоже существо живое, любит подвигаться, пошуметь, да и я вроде как уже не один, - в компании.

Рука моя поочередно выуживает из-под дивана яблочный огрызок, вишневую косточку, пластмассовую крышечку от пузырька.

- Ничего! Все на пользу... - бормочу я. - Старикан шамкающий! Песок с зубками сыплется, а все туда же - с девочками по кабакам...