- От вас ничто не скроется! - юноша звонко рассмеялся. - Я вот что не могу объяснить: почему Волк принял именно этих внемиренцев? Серафима Каляда, Оливул Бер-Росс и Грег-Гор Гай-Росс, Иолория Аз-Брук - наследная княжна нашего Лучезарного Мира-Спутника, Данила Гаюнар - вы ведь не очень привечали его отца, и, наконец, призрак Пэр. Почему именно они?
- Так пожелали Стихии.
- Не понимаю. Твердь, Вода, Огонь, Воздух, Космос, Жизнь и Смерть - это абстракция. Как абстракция может чего-либо желать?
- Не старайся понять, молодой человек. Прими, и логика сама найдет отображение в твоем рассудке.
"Увы, иногда приходится скрывать правду за правдой. Да, Стихии пожелали. И все же в первую очередь они доверились моему Разуму, указавшему на избранников. Никто не знает эту Судьбу лучше меня".
- Герцог, а как быть с седьмым? Кого изберет Седьмая Стихия?
- Терпение, мой друг, немного терпения. Смерть не спешит сказать свое слово.
По террасе застучали тяжелые шаги. Прибывший быстро раскланялся и без предисловий заговорил:
- Все подтвердилось, милорд Ортский. Мосты заняли Кочевники.
I I I I I I I
Ш 1 Ч
Впереди показались огромные белые врата, опутанные замысловатым узором. По мере того, как Крылатый Волк приближался, они отворялись, являя удивленным взорам широкую дорогу, устеленную искрящимися звездами.
- Основу этому Миру заложил герцог Ортский, - сказал Оливул, - а я достраивал его на протяжении многих лет. Надеюсь, вам понравится здесь, и Белый Мир станет нашим домом.
Волк окунулся в белизну. Шасси распрямились и сами нашли опору. Двигатели смолкли, и звездолет застыл в наступившей облачной тишине. Внемиренцы поднялись на открытую палубу.
- Какой густой туман! - воскликнула Юлька.
- Это занавес, - улыбнулся Оливул и взмахнул рукой.
Клубы тумана стали плавно утекать прочь, и величественные деревья с серебристой кроной поднялись ровной аллеей, уводящей вглубь парка. Проявился горизонт, где нежно-голубое небо встречалось с землей на живописных холмах, покрытых блестящей накидкой снега. Слева из-за деревьев весело подмигнуло озеро, чью зеркальную гладь разбудил налетевший бриз.