- Вон, вон, смотри, сзади...

Бородатый испуганно обернулся, выругался, показал шутнику кулак и последовал дальше.

- Дожили, - покачав головой, проговорил Лупцов. - Все с ума посходили. Потом выяснится, что ничего особенного не произошло, что запустили какую-нибудь ракету или физики чего-то перепутали, но будет поздно. Страна превратится в большой сумасшедший дом.

- Уже превратилась, - откликнулся Иван Павлович.

Они дошли до поворота и ещё издалека услышали выстрелы, крики и звон разбиваемого стекла. Лупцов с Иваном Павловичем прибавили шагу и вскоре увидели, как толпа человек в тридцать вдребезги разнесла закрытые двери универсама и ворвалась внутрь. Два обескураженных милиционера, один без фуражки, с расцарапанной щекой, стояли перед развороченным входом и что-то друг другу доказывали.

- Ну вот, народ запасается продуктами, - мрачно пошутил Лупцов.

- Да, не мешало бы, - ответил Иван Павлович. - Сейчас не запастись завтра поздно будет, все растащат. Может, пойдем, Игорек, купим, пока есть?

- Иван Павлович, - укоризненно протянул Лупцов, - у кого купим, у милиционеров? Или у этих мародеров?

- Ну, так возьмем, - мучаясь от желания присоединиться к погромщикам, ответил Иван Павлович. Он с тоской проводил взглядом милиционеров, нырнувших в пробитыю брешь и добавил: - Вон и милиционеры полезли.

- Пойдемте, пойдемте, Иван Павлович. - Лупцов взял его за руку и перевел на другую сторону улицы. - Воровство, оно в любое время воровство, даже в военное. Ну что вам две пачки "геркулеса" или пшена? А больше и положить некуда. Мараться за шестьдесят копеек.

- Нет! громко возмутился Иван Павлович. Момент был упущен, возвращаться казалось неудобным, а вернее, фраза Лупцова о воровстве несколько охладила пыл Ивана Павловича, и он обиделся на своего соседа. Нет, - повторил он, - не за шестьдесят копеек. В военное время, между прочим, жратва имеет другую цену. И вообще, здесь дело не в деньгах. Две пачки "геркулеса" могут моей семье жизнь спасти. Ты этого не знаешь, а я уже одну войну прошел.