Холл. - Очень плохо слышно. У вас, наверное, что-то с

телефоном...

С треском распахнулась входная дверь, и Гарольд с ужасом

увидел, как это механическое чудовище въезжает в дом. Вслед

за ним, все еще голый, шел сам газонокосильщик. Чувствуя,

что он сейчас на самом деле сойдет с ума, Гарольд увидел,

что теперь толстяк был зеленым совершенно весь - с головы до

пят. Особенно сочного, как сама трава, цвета были его

волосы. Он непринужденно вертел на пальце свою бейсболку.

- А вот это была ваша ошибка, приятель, - укоризненно

сказал газонокосильщик. - Hе стоило вам забывать, все-таки,

что это - трава, благословленная Господом нашим...

- Алло? Алло, мистер Паркетт...

Рука Гарольда задрожала и выронила телефонную трубку

газонокосилка двигалась прямо на него, подстригая ворсистый

индейский ковер, недавно купленный Карлой, и выплевывая

сзади клочья коричневой шерсти.

Гарольд оцепенел, как кролик перед удавом, и смотрел на

нее с отвисшей челюстью до тех пор, пока, разделавшись с

ковром, она не добралась до кофейного столика, стоявшего у

самых его ног. Когда, наконец, она отбросила его в сторону,

отхватив при этом одну ножку и в мгновение ока перемолов ее

в мелкие опилки, Гарольд перепрыгнул через кресло и,

споткнувшись о стул, опрометью бросился к кухне.

- Hе поможет, приятель, - кинул ему вдогонку

газонокосильщик. - Гораздо лучше будет, если вы покажете

мне, где у вас лежит самый острый нож, - ласково добавил он.

- Тогда я помогу вам принести себя в жертву совершенно

безболезненно...

Толкнув тяжелое кресло на газонокосилку и рассчитывая,

что это прикроет его хотя бы на несколько мгновений, Гарольд

рванулся в входной двери. Газонокосилка, как живая,

увернулась от кресла, сделала негодующий оглушительный