— Командир, «Клипер» согласовал скоростные показатели с ОЛС.

— Принял Бейли, начинаю синхронизацию с ОЛС. Начинайте проверку активности приемного гнезда стан-ции. Колесников, свяжитесь с наземным модулем «Лунас».

Герман Афанасьев с Дэниелом Бекисом стояли у комплекса измерительной аппаратуры лунной базы «Лунас» и, задрав головы, смотрели на вначале появившуюся искру из-за горизонта Луны. Вот она прочертила небосвод примерно до сорокового градуса, а затем замедлила полет — это означало, что спускаемый челнок выходил на все искривляющуюся крутую траекторию спуска…

Челнок ОЛС, максимальное количество посадочных мест в котором было четыре, шел на посадку под управ-лением Пола Бейли. Оставшиеся на орбите Токарев, Олсен и Кудрявцев следили за спуском товарищей, отслежи-вая по приборам усиливавшуюся вибрацию по мере усиления работы тормозного двигателя. Затем челнок исчез из прямой визуальной видимости…

…На мониторе синие квадраты все больше искривлявшегося коридора спуска по мере приближения увеличи-вались в размерах, заполняли монитор и… растворялись, превышая размеры дисплея. Следующий квадрат заступал на место предыдущего со все увеличивавшейся амплитудой. Цифры углового смещения высоты над горизонтом, общее расстояние до расположившейся в Море Дождей справа от кратера Пифея базы «Лунас», предпочтительные импульсы тормозной группе на усиливавшуюся вибрацию — все эти изменяющиеся данные Бейли учитывал по мере поступления информации с бортового компьютера. Никакой атмосферы, малая гравитация — идеальные условия для посадки. Именно так все и происходило на тренажере. Ничего необычного.

Вот схематично выполненные горы кратера перестали смещаться в боковом направлении. Все круче и круче начали движение вверх по степени выхода на окончательную векторную кривую вертикального спуска челнока. Пошли последние поправки с «Лунаса». Затем и они прекратились — начиналась работа пилота, его опыт и чутье на любую неточность или неординарность работы любых систем челнока.