Вдруг пришла мысль об этой дурной привычке, от которой безнадежно пыталась отучить еще с дет-ства его мать. Враз рука прекратила это занятие, но поднялась и погладила верх гладкого широкого выступа между плечами и согнулась назад. Сустав руки выгнулся под необычным углом и Свейнинг почесал голову сзади. Что-то попало в левую роговую глазницу, и шестипалая рука осторожно приблизилась к левой стороне шишкообразного, без единого намека на волосяной покров нароста-головы, отчего галактер всегда ходил не-сколько наклоненным вперед. За счет переноса центра тяжести несколько вверх и вперед ноги были образцом выносливости и силы.

Затем пальцы коснулись костяного века, расположенного почти на десять гравиков (градусов) от линии симметрии с рукой — подобное расположение глаз позволяло вести почти круговой обзор — проследовали чуть ниже к выступающей изнутри дуги. Легонько почесали кожу, тем самым вызывая рефлекторное раздражение глазного яблока, ответившего выделением глазной жидкости. Также рефлекторно подставив свободный палец, он отстранился и глянул на заблестевшую слезу на пальце, но никакой соринки не обнаружил.

«Просто нервы, — понял Свейнинг и шагнул право и назад, но тут же замер, мысленно одернув себя: хватит уже, что за нервозность?»

В последний раз взглянув на звезды, он развернулся и быстро прошел к виртуальному сфероиду, на котором светился выделенный и приближенный участок границы империи галактеров, подсвеченный зеленым бликующим фоном. В прошлую дер (неделю) граница проходила за звездную систему Гранвила, касалась пояса Валена и оги-бала систему тройной звезды Зиолита. Теперь все это находилось в пока не глубоком, но все же в тылу регир-дов.

Война с Регирдами подняла должность Свейнинга на несколько ступеней перед остальными структурами империи. Она и раньше при расширении границ влияния империи являлась одной из ключевых, а теперь переросла в одну из значимых после поста главнокомандующего войсками Галактеров.