– Это – Мах Дала, столица Гобинди, – сказал Хул, – я уже послал сообщение доктору Кавафи, моему коллеге по имперскому департаменту биологического благоустройства. Он ждет нас.

"Саван" летел над Мах Дала. Город, казалось, был составлен из многих пирамид, но с плоскими вершинами. Сложные мосты соединяли здания в изящные проекты.

– Гобинди – уникальные архитекторы, – сказала Таш, наблюдая.

– Были, – ответил Хул, – Сами гобинди исчезли годы назад. Никто не знает то, что случилось с ними. Единственный город, который они оставили, был Мах Дала. Я всегда хотел посетить здешние руины, но времени как-то не находилось.

– Кто живет здесь теперь? – спросила она.

Хул повел "Саван" к посадочной площадке и ответил:

– Империя открыла эту планету для колонизации несколько лет назад. Здесь много различных рас, которые прилетели в Мах Далу. Эта область лежит недалеко от гиперпространственных путей, а потому тут всегда больше движение. Это что-то вроде перекрестка. И конечно же, Империя тоже здесь.

– Конечно, – пробормотала Таш.

"Саван" приземлился на посадочную платформу, которая была наверху одной из плоских пирамид. Через некоторое время судно установилось на механизмы и Таш, расстегнув ремни, поспешила в главный зал. Диви держал Зака на своих механических руках. Ее брат был завернут в одеяло, он был мокрый от пота и что-то говорил про себя. Он выглядел почти бессознательно.

– Зак? – тихо сказала Таш, – как ты себя чувствуешь?

– Моя голова. Она горит, Таш, – в своем страдании Зак искал сестру.

Хул открыл люк. Двери распахнулись и Таш изучала обеспокоенное лицо пятидесятилетнего мужчины, который спешил к ним. У него были каштановые волосы, кое где пробивалась седина, а также добрые голубые глаза. Он носил коричневую имперскую униформу с надписью ИДББ (Имперский Департамент биологического благоустройства), вышитой слева. У него в одной руке была медицинская дека. Сзади стояли двое ассистентов, толкающих парящие в воздухе носилки.