В этот раз имперский командир понял намек и повернувшись, покинул зал приемов Джаббы. Когда он ушел, Хул вывел Зак и Ташу к трону, в то время, пока Биб Фортуна что-то шептал на ухо хатту.

– Итак, - рыкнул Джабба, - что же вновь привело вас троих ко мне?

– Джабба, - начал Хул. Прихвостни Джаббы склонились вперед, чтобы слушать. То же сделали Зак и Таш. Хул не сказал им для чего они прибыли сюда. Шиидо продолжал:

– Несколько лет назад ты помог мне. Когда я скрывался от Империи, ты сумел сделать там, что мое имя и работы были стерты из Имперских сетей. И я мог продолжать перемещаться по галактике, не вызывая подозрений.

Хул сделал паузу:

– Я хотел бы вновь просить тебя о покровительстве. Смог бы ты это сделать вновь.

Толпа разразилась громким смехом. Хул использовал слово покровительство. Было очень опасно быть должным Хатту за покровительство, потому что Хатт ничего не забывал и всегда мог востребовать долг.

Джабба уставился на Хула и его слизистое лицо расползлось в широкой улыбке. Толстый розовый язык скользнул по краям губ.

– Это возможно сделать, - сказал он, - но за определенную цену. У меня есть работа, которая связана с вашими специфическими талантами.

Таш увидела, как напрягся Хул. Это было самой опасной частью сделки. Она знала, что Джабба в течение многих лет стремился заполучить Хула себе в должники. Способность шиидо менять обличия и формы делали его превосходным шпионом или даже убийцей. Она медленно покачала головой. Что будет, если Джабба попросит его о чем-то, что Хул не мог бы или не стал бы делать?

– Расслабься, - фыркнул Джабба, - я вижу страх даже на твоем каменном лице, Хул.

Криминальный лорд махнул Бобе Фетту, когда тот появился у плафотрмы Джаббы.

– Как видишь, у меня есть все убийцы, в которых я нуждаюсь в данное время. Нет, моя задача куда более… академическая.

Джабба ударил своим толстым хвостом по платформе и Биб Фортуна вышел вперед. Он осторожно держал в руках древний свиток. И Таш, и Зак удивленно смотрели. Они выросли на компьютерах, деках, дисках и голографических проекторах, точно также как и их родители, и бабушки, и дедушки до них. Бумажные книги были чрезвычайно редким сокровищем, а свитки были еще более древнее и куда ценнее книг.