Хул посмотрел на них. Таш и Зак имели свое мнение, а пройдя самостоятельно сквозь огромное количество неприятностей, чуяли их. Наконец, он согласился.

– Но следите за временем. Я хочу видеть вас в своей комнате к ужину.

После того, как звук шагов ушедшего дяди утих, Зак и Таш пошли дальше и Зак не смог не задать волнующий его вопрос.

– А разве монахи не хотят вернуть себе свое старое жилище?

Беидло пожал плечами.

– Это одна из тех вещей, которые я сам не понимаю. Монахи об этом, кажется, ничуть не заботятся. Всякий раз, когда я спрашиваю их об этом, они только высказывают мнения, далекие от моего понимания. Полагаю, что я еще не достаточно просвещен.

– А за сколько времени можно стать просвещенным? - спросила Таш.

Беидло вновь пожал плечами.

– Это зависит от каждого в отдельности. Некоторые монахи прогрессируют в познании очень быстро, но для большинства из нас требуется годы.

– Вы очень молодой монах, - отметила Таш.

Беидло кивнул: " Я новичок в монашестве".

– Поэтому вас отрядили заниматься работой с туристами? - спросил Зак.

– Именно так. Другие монахи слишком заняты изучением, - ответил Беидло, - но я не возражаю. Хочется видеть новые лица время от времени. В этих местах быстро становится довольно скучно.

– Ты говоришь как Таш, - хихикнул Зак, а затем добавил: - если тебе здесь не нравится, то почему ты остаешься тут?

– Мне некуда идти больше. Моих родителей убили Песчаные люди и монахи Б'омарра приняли меня. Кроме того, тут не так жарко, как в пустыне. Пошли, я вам покажу.

Беидло быстро свернул в другой коридор.

– Вам здесь будет интересно. Я собираюсь показать вам Большой зал Просвещенных.

– А что монахи делают в зале Просвещенных, - полушутя спросил Зак, - темные мистерии? Секретные ритуалы?

Беидло усмехнулся.

– Вряд ли. Но мы напряженно трудимся, - ответил он, - мы размышляем, думаем, соотносим, концентрируемся, познаем себя и мир. Это занимает целый день.