- Ничего такого, что могло бы помочь нам, сэр, - сказал он с подчеркнутой медлительностью. - Я прочесал все внутренние планеты, пытаясь обнаружить, откуда поставляется Живая Вода. Я считал, что сработает проверка космического транспорта, но это не дало результатов. Несомненно, все поставки эликсира идут из одного мира. Но из какого именно?
Карие глаза Джоан Рэнделл потемнели, когда она также обратилась к человеку, который возглавлял правительство девяти миров.
- Я была на Марсе, Венере и Меркурии и не обнаружила ничего. Ясно лишь, что торговля Живой Водой распространяется все дальше. Тысячи пожилых людей в каждом мире с готовностью отдают за эликсир огромные деньги. Думаю, что вся торговля направляется безжалостным преступником, который хочет расширить ее беспредельно. Честно говоря, я начинаю бояться. Каждый день тысячи жаждущих омоложения людей пьют Живую Воду, становясь ее рабами. И если синдикат не будет уничтожен, если дьявольская торговля не прекратится...
Ее прервал пронзительный ужасный вопль. Он исходил от пойманного растратчика Вильсона Вебера.
Все уставились на него в ужасе. Он вдруг начал стареть с потрясающей быстротой. Моложавое лицо стало быстро сохнуть и покрываться морщинами, волосы побелели.
- Действие Живой Воды... заканчивается! - Вебер задыхался, его тонкие руки хватались за воздух. - Я... умираю...
Он тяжело опустился на пол и лег. Старый сморщенный человек с быстро тускнеющими глазами еще слегка шевелился.
- Врача, быстро! - закричал Картью. Халк Андерс безнадежно махнул рукой.
- Ему не поможешь, сэр. Никто не поможет тому, кто выпил Живую Воду, а затем лишился этого эликсира.
Через несколько мгновений Вебер лежал сморщенный и неподвижный. Воцарилась потрясающая тишина, когда ветеран полиции снял с окна богатую портьеру, чтобы прикрыть страшное тело.
- Вот что происходит с человеком, - сказал Эзра Гурни с мрачной медлительностью, - который однажды выпил Живую Воду, а затем перестал ее пить. Пока только некоторые умирают таким образом. Но все тысячи выпивших эту дрянь вынуждены будут подчиниться хозяину синдиката или умереть таким же образом.