- Кто такой Аллистер? - спросил я старика.

- Ты не знаешь, кто такой Аллистер? Ты, наверное, тут давно не бывал? Господин Аллистер - мэр этого города.

- И он помог вам с пенсией? Он, должно быть, неплохой мужик.

- Господин Аллистер - лучший человек во всем городе.

- Здесь многое изменилось, - сказал я. - Когда-то надо было обращаться к Дж. Д. Уэзеру, когда требовалась подобная помощь. По утрам в его офисе собиралась очередь.

- Дж. Д. Уэзер был убит до моего второго инсульта. Дай Бог памяти, в июне исполнится два года с тех пор. Ты раньше жил в этом городе?

- Дж. Д. Уэзера убили?

- Да, примерно два года назад. Прости.

- Подождите минутку. Как его убили? - Я положил ладонь на его руку, которая на ощупь была похожа на кость, завернутую в лохмотья.

- Его просто прикончили, - нетерпеливо отозвался старик. - Кто-то выстрелил в него, и он умер.

- Скажите ради Христа, кто застрелил его?

- Отстань от меня, сынок, я набрался пива.

Я выпустил его руку, и он зашаркал в мужской туалет. Блондинки вместе со своим совместным достоянием в искусственном меху ламы отправились, по другим барам. Низкорослый и высокий покончили с пивом и направились в туалет. Зал опустел, кроме меня остался только бармен. Он протирал стаканы и не обращал на меня внимания. Противный, пустой зал был таким же, как десятки баров в незнакомых мне городах. Если Дж. Д. Уэзер мертв, то этот город породит такое же чувство одиночества, как и все другие.

Из уборной донесся шум мужских голосов. Нельзя было разобрать слов, но в звуках ощущалась какая-то неприязнь, а минуту спустя что-то приглушенно шлепнулось. Я посмотрел на бармена, но он был занят своими стаканами.