Неприятностей не предвещало ничего. Звездные рекруты возвращались в Звездную Академию.

Ар'рахх, как обычно, нес очередную вахту в центральной рубке космической яхты, Заречнев, как он сам говорил в таких случаях, «без задних ног» «дрых» в своей каюте, отсыпаясь после опять же очередного суточного дежурства у мониторов корабля. Куда-то запропастилась Маша.

Однако флегматичного зеленого верзилу это обстоятельство не беспокоило совершенно.

Последние пару месяцев богомолка вообще вела себя как-то странно – неожиданно и надолго погружалась в свои мысли; могла на неделю или на две «сгинуть» в своей каюте, появляясь только в рубке и только на время своей вахты.

Бывшие гладиаторы, посоветовавшись, списали странности поведения жучихи на крайнюю скудость событий во время перелета до Земли и обратно, на длительное пребывание в тесной металлической коробке космического судна в обществе всего двух разумных существ, ни один из которых Маше родичем не являлся. Если бы они тогда знали истинную причину «задумчивости» богомолки! Если бы они знали…

Вначале появилась «пищалка». Так звездные рекруты называли любой движущийся предмет, попадавший в «поле зрения» бортовых локаторов, если его траектория пересекала траекторию движения корабля. Принципы систем безопасности корабля были смоделированы так, что появление такого предмета в окрестностях судна обязательно сопровождалось резким прерывистым неприятным звуком. Причем, это не зависело ни от размеров, ни от предназначения «предмета».