Генерал Дикстер с достоинством склонился в торжественном поклоне:

– Ваше величество!

Таск тоже поклонился, но сделал это весьма неуклюже. Он упражнялся тысячу раз, Нола следила за ним, но он так и не сумел научиться делать это легко и изящно. Атмосфера в центре изменилась, воздух словно наполнился энергией и напряжением. Дайен был генератором, заряжавшим всех присутствующих. Он питал их. Все испытывали рядом с ним подъем чувств и прилив энергии.

И поглощали его жизненные соки. Опустошали его.

Те, кто мог оторваться от своих пультов, поднимались и почтительно кланялись. Кто не успевал, тот лишь поглядывал на него в надежде поймать взгляд или улыбку, чтобы снова приняться за работу.

Дайен оправдал их ожидания. Он улыбался – добродушно, но сохраняя дистанцию, у него это выходило виртуозно. Откуда он знает, как держать себя? Таск удивлялся и восхищался. Откуда он знает, как сказать, как поступить, как управлять этими людьми, вызывая в них восхищение, ведь среди них есть те, кто раза в два старше? Как получилось, что Таск не замечал этого раньше?

Разве не замечал? Просто он сам был как бы частью этого. И потому не обращал внимания на подобные вещи. Раньше был. Он вспомнил о том, что говорил ему генерал.

«Мы пролетели слишком близко от кометы, – сказал он сам себе. – А теперь мы попали в ловушку, просто стали еще одной вспышкой в волшебном хвосте несущейся по небу звезды, теперь мы летим позади яркого, красивого, пылающего, ледяного шара. Он ворвался в наши жизни, мы и спохватиться не успели, как зажглись его огнем, согрелись у его пламени, оказались участниками бешеной гонки сквозь пространство. Но когда же она прекратится?»

На экране появился Командующий. В ту же секунду все, кто находился в зале, напряглись. Гул голосов затих, кто мог – перестал передавать сообщения, кто вынужден был говорить – перешел на шепот. У Таска возникло странное ощущение, что даже свет стал слабее, а температура воздуха резко понизилась. Словом, все изменилось, люди смолкли и насторожились – на арене появились два соперника.