В горле у Дона першило, ладони взмокли.

– Один разведчик против крейсера Миро-класса? По меньшей мере, в пятьдесят раз больше, мистер Рос-тофф, по меньшей мере.

– Вас, обязательно наградят орденом Почета, – промычал Демминг, – особенно сейчас, когда Колин Кэзи умер и никто из живущих ныне не имеет этой награды. Макс, налейте еще лейтенанту.

Дон спросил:

– Слушайте! Почему? Я думаю, может, вы и правы насчет получения награды. Но почему, почему я и какова ваша доля?

Демминг пробормотал:

– Ну вот, мы и добрались до главного.

Он опять поерзал в кресле и закрыл глаза, а его секретарь тем временем вступил в разговор.

Макс Ростофф наклонился вперед, его волчье лицо внезапно стало очень серьезным.

– Лейтенант, мы только начинаем разрабатывать месторождения на спутниках Юпитера. Есть все основания полагать, что источники урановых руд на Каллисто – единственное, что поможет нам победить крейде-нов. Так или иначе, тот, кто этим займется, сумеет заработать буквально миллиарды.

– Я все же не понимаю…

– Лейтенант Мазерс, – терпеливо продолжал Ростофф, – награжденный орденом Почета стоит выше закона. Его престиж невероятно высок, нет такой величины… Ну, давайте я объясняю на примере. Предположим, обладатель ордена Почета создает акционерное предприятие для разработки иранита на Каллисто. Трудно ли ему будет избавиться от акций?

Демминг проворчал:

– А представьте, что было всего несколько темных манипуляций в делах корпорации? – Он глубоко вздохнул: – Поверьте, лейтенант Мазерс, за столетия скопилось потрясающее количество законов, которые мешают бизнесу. Идет долгая война за возможность продолжать свое дело. Вести бизнес, не совершая никаких погрешностей против закона, – для развития новой отрасли это было бы бесценно. – Он вновь вздохнул так, что его туша заколыхалась. – Бесценно.