— Они вернутся. Просто орбиты вытянулись. Год получается длиннее.

— Ну и что тут хорошего? Длинное жаркое лето, длинная холодная зима.

— Орбиту можно исправить, у нас есть такие возможности.

Присматриваюсь к Солнцу. Оно вспухает и ветвится. Расцветают букеты протуберанцев — огненные пионы, астры, гортензии. Расцветают и тают, стелется багровый дым, сквозь него просвечивает зловещее красное, как догорающий уголь, светило — усохшее наше солнышко.

— Ваша звезда светит теперь как красный карлик, — поясняет Физик. — Это лучше, экономнее, стационарнее. А если вам холодно, можно придвинуться ближе.

Ну, а Земля? Здесь тоже притяжение ослабело. У людей балетная походка, плывут как на «гигантских шагах». Травы тянутся к небу, рожь как осока, деревья как башни. Горы стали выше, их выпирает из под земли. И небо синее-синее, как на юге под вечер. Видимо, атмосфера прозрачнее. Воздух стекает а космос, смерчи обдирают листья, птиц заносит в стратосферу, Атмосфера прозрачнее и суше, желтеют лиственные ласа, выгорают в степи травы, пустыня ползет с юга, по берегам отступающих морей полосы соли.

— Маловата ваша планета, — говорит мой наставник. Воздух на может удержать. Вот поглядите на крупную, там благополучнее.

Гляжу на Юпитер. За ним тоже шлейф утерянных газов. Нет полос, нет красного пятна, нет непроглядных туч. Зато сквозь сероватую дымку просвечивает суша — материки. И моря их омывают.

— Вот видите: здесь потеряешь, там выиграешь. Вместо малой планеты получаете большую. И тяготение там будет привычное. Переселяйтесь.

— Как-то не хочется, — возражаю я робко.

— Давайте тогда попробуем другой вариант. Закажите линейный принцип тяготения.