— Правда? — удивился Тимминс и рассмеялся. — А я бы на вашем месте не торопился с выводами относительно хороших манер — по крайней мере отложил бы суждения об этом до тех пор, пока вас снабдят многоканальным транслятором. Вы представить себе не можете, какими эпитетами вас уже успели наградить некоторые. Ну а мы уже в нескольких минутах пути от Отделения Психологии.

Гурронсевас отметил, что на этом уровне коридоры были менее запружены, но, как ни странно, Тимминс пошел медленнее.

— Прежде, чем вы войдете в кабинет, — сказал Тимминс таким голосом, словно собирался сообщить нечто очень важное, — лучше будет вам узнать немного о существе, с которым вам предстоит встретиться, — майоре О'Маре.

— Думаю, это не лишено смысла, — согласился Гурронсевас.

— Он — Главный психолог госпиталя, — сообщил Тимминс. — Если не ошибаюсь, у вас такая специальность называется «целитель разума». На его ответственности лежит спокойствие и эффективность работы персонала, состоящего из десятков тысяч порой весьма и весьма странных сотрудников — как медиков, так и работников сферы обслуживания...

Далее лейтенант объяснил, что при приеме на работу в госпиталь сотрудники проходят самый тщательный отбор — психологический скрининг, при котором выявляется уровень терпимости по отношению к представителям иных видов, и в принципе в коллективе сотрудников царит взаимное уважение, но все же случаются ситуации, когда происходит нечто вроде межвидового трения, а также межличностные конфликты. Потенциальная опасность таилась даже в обычном недопонимании друг друга или в халатности. Бывали и случаи посерьезнее, когда у врача вдруг развивался ксенофобический невроз в отношении пациента или коллеги, и этот невроз мог сказаться на профессиональных способностях или психической стабильности сотрудника.