Она вовремя услышала легкие шаги. Быстро подняла голову: Елисею ни к чему знать о ее приступах меланхолии. Он и так, кажется, догадывается, что не все так хорошо у внешне холодной и спокойной полукровки.

— Ты чего? — затянутый в костюм сине-зеленых оттенков, эльф лучился довольством, как сытый кот.

— Ничего, укрепляла связь с подопечной, — Дайна, приподняв бровь, оглядела костюм друга. Интересно, ему удобно лазить по крышам в таком виде? И ведь даже шляпа не сбилась набок. Все безукоризенно-элегантное.

— И не стыдно тебе ходить рядом с такой раздолбайкой? — девушка кивнула на свои брюки, заправленные в сапоги и подпоясанную ремнем рубашку.

— Ты в любой одежде красавица, — серьезно отозвался Елисей.

— Что удалось узнать?

— Интересные вещи, — эльф вытащил из кармана на свет лимонно-желтый осколок. Осторожно провел пальцем в перчатке по шероховатой поверхности.

— Это осколок того кувшина, откуда вырвался дух. Официальная версия — бракованная печать. Я уже на глазах начальника стражи сделал выговор тем, кто ловил духов.

Дайна осторожно взяла осколок.

— Посмотри внимательнее.

Полукровка послушалась. При ближайшем рассмотрении кое-что увидела. Правда, сначала не была уверена, что это то, что надо.

— Словно кто-то немного содрал краску в двух местах.

— Ага. Совсем чуть-чуть, да?

Дайна кивнула, продолжая разглядывать осколок. Потом внезапно догадалась.

— Это осколок горлышка кувшина?

Эльф кивнул. При этом светился от гордости, словно Дайна была его любимой дочкой, и только что показала себя во всей красе.

— Поняла, да? Кто-то повредил печать. Совсем немного, но достаточно, чтобы нарушить герметичность и чары, наложенные на кувшин.